KHR... another

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KHR... another » Закрытое » Эпизод 3: Big city life


Эпизод 3: Big city life

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

Место старта: Япония, Намимори, штаб-квартира.
Время и погода: 4 мая, 21:00. Смеркалось... и тепло.

0

2

Лоренцо спокойно сидел в кресле, курил очередную сигарету и читал толстую книгу за авторством Жюль Верна. В данный момент этот холл, перед комнатами босса, был его «жилищем». К креслу был придвинут журнальный столик из черного резного дерева, на котором стояло: две пепельницы (одна уже с горкой окурков, а вторая наполовину заполненная), рация (для связи с охраной дома), несколько пустых литровых пластиковых бутылок (напиток назывался «Ice Coffee», но с настоящим кофе его мало что роднило).
     Геккарто успел организовать лишь половину из того, что наметил себе прошлым днем. В основном, проблемы возникли с поставкой вооружения, достать которое в Японии было куда более трудоемким делом, нежели в Европе или Америке.
     Сформировать патрули, выставить часовых, проинструктировать охранников, наладить сообщение, подготовить машину и наметить план отхода удалось в первый же день. Сегодня Геккарто занимался тем, что пролистывал личные дела охраны и прислуги. Так же, немного не доверяя докладам по рации, он лично ходил и инспектировал караульные посты. Еще, вчера около шести часов вечера, он все-таки вспомнил про необходимость создания буферной зоны (запрет на остановку автомобилей и другой техники вблизи штаб-квартиры). Будет совсем не весело, если какой-нибудь умник подорвет фургончик, а вместе с ним Зекторию и остальных.
     Из амуниции, на данный момент, удалось достать лишь пару бронежилетов (хорошие модели категории 5А, керамика-композит, вес около 9кг), фильтрующие промышленные противогазы, да три светошумовые и три газовые гранаты (которые, слава богу, не приравниваются к «оружию» даже в Японии).
     Один бронежилет он положил рядом с креслом (что бы в случай необходимости быстро одеть в него босса), второй надел сам. Кобуру с береттой закрепил под левой подмышкой, сумку с гранатами – справа на поясе.

Отредактировано Lorenco Gekkarto (2014-02-16 00:26:02)

0

3

А выходные продолжались, и за окнами Япония, кишащая небоскребами, экранной и неоновой рекламой, далеко не собиралась спать и навязчиво играла всеми цветами радуги. Если близорукий человек посмотрит на это без очков - вероятно он сочтет, что улица бьется в провокации разноцветной эпилепсии. Но японцам стоит отдать должное - толпа не доставляет тебе неудобства, во всяком случае, после первых трех суток привыкания. И нет, на верхних этажах акустика чудной схемой позволяла слышать все, словно ты на том же тротуаре.
    В какой-то момент сбоку от Лоренцо заскрежетала дверная ручка, а следом Зектория вышла из-за двери. Причем, вид у неё был больше выходной, нежели траурный или домашний. Девушка осмотрелась и, окончательно переместившись в коридор, закрыла за собой дверь.
-Больно уж тоскливо, аж на стенку лезть хочется от всей этой передряги, -вместо приветствия пояснила босс, закатывая глаза. С учетом её любви к активному и вечернему-ночному образу жизни, а так же возрастом, характером и сегодняшней внешностью, это уже сразу переводилось как "пойду гулять". Поскольку серьезность и осторожность Лоренцо в этом мероприятии была чуть более чем явная, сложно было сходу так просто взять и сказать о своем намерение в лоб.
-. . . пойдем куда-нибудь? Хочешь спрятать дерево - прячь его в лесу. Там день ещё далеко не намеревается заканчиваться. Заодно и сам развеешься, м?   
     И вот тут-то ход мыслей босса, пожалуй, кажется непонятным: только вчера она спровадила на важное для неё лично мероприятие в мерах предосторожности своих хранителей, а через сутки с лишком, сама порывается выбраться в открытое пространство. Хотя, эти взаимоисключающие параграфы могут вполне себе представлять витиеватые планы, как это обычно трактуется в киношках о Бонде. Например, тот же глав-гад из последнего фильма: ведь Сильва знал, что у Бонда в груди сохранятся осколки пули, которые выведут его на второстепенного плохиша - Бонд его убьет, найдет фишку из казино Маккау, догадается, что именно там следует искать Сильву, познакомиться с его приспешницей, она отведет его на остров, где Сильва сдастся властям и его посадят именно в это подземелье; он знал, что именно в этот момент Кью сглупит и подключит его компьютер на прямую к сети М-6, при этом все это будет проходить в преддверии слушания, во время которого будут линчевать М; при этом он знал, что Бонд погонится за ним и поймает его как раз в этом тоннеле, и знал, что Бонд его не убьет, потому что промажет; он закладывает бомбу и взрывает её именно в тот момент, когда Бонд держит его на мушке, и именно в этот момент целый поезд сходит с рельс прямо на Бонда..! (с)  ....ну, нет, на фоне этого притянутого за уши киношного расчета, тут варианты такого поведения более просты, и, может, даже понятные кому-то кроме самой Зекти.
     Заодно, это самая удачная и удобная возможность узнать своего хранителя Дождя получше, чем продолжать обходить его, как чан с ледяной водой.

0

4

Геккарто затушил сигарету и отложил книжку. В голове мелькнула крамольная мысль: "А кода я вообще последний раз расслаблялся или, прости господи, отправлялся развеется? Не так, как обычно, а как большинство нормальных людей? Давно. Очень. Вывод - я ненормален". Правда, желания становиться "нормальным" почему-то не возникло, а эта и остальные, подобные ей, мысли быстро уползли в самый темный угол, тихонько попискивая оттуда. К дождю вернулось его обычное, сосредоточено-отрешенное состояние.
    -No problem, госпожа. Я думаю ничего страшного не случиться, если мы съездим куда-нибудь,- Лоренцо неопределенно пожал плечами,- только я, в этом деле, плохой советчик: Японию я знаю плохо как и японский, к слову... "А мои вариации "развеется" и расслабиться вам вряд ли подойдут",- мысленно закончил он фразу.
     Была и другая причина, по которой Геккарто был не против выйти в свет. Многие считают, что дом - их крепость. Что запершись в нём они защищены и находятся в безопасности. Ситуация до обидного противоположная. Когда твоя цель неподвижна, когда ты знаешь где, что и как - нет ничего сложного в том, что бы составить план, результатом которого будет её уничтожение.
     К примеру, случай из жизни. Года четыре назад Лоренцо заказали одного именитого наркоторговца. Заказали свои же, за то что тот слил их в обмен на отказ от уголовного преследования. Этот наркоторговец, назовем его, к примеру, Боб, правомерно ожидал негативного отношения к себе от своих бывших "друзей", почему окопался на своей вилле в пригороде Агуаскальентес Мексика. Обложился охраной и носу не совал за высокий металлический забор, окружавший участок. Для выполнения этой задачки, Лоренцо пришлось потратить всего 2 тысячи долларов. Одну он потратил на наём двух человек - бывших летчиков и самолета Л-410 (гражданский, девятнадцатиместный, в основном используется для прыжков с парашютом). Вторую - на покупку 100кг ФАБ-100. Кто знает, заметила ли охрана этот импровизированный бомбардировщик, попыталась ли что-то предпринять, но факт остается фактом. Вместо виллы - живописные руины.
     Поэтому нет ничего страшного в том, что бы выйти прогуляться. Поразить мобильную цель всегда сложнее. Вот только...
    -Вот только, если за домом следят, не покажется ли странным, что у Зектории Древис есть сестра близнец? И не захочется ли им поделиться этой новостью со своими друзьями в Италии? Если, конечно, за этим домом действительно следят,- Геккарто едва заметно улыбнулся,- хотя, у нас не должно быть проблем,- поправил он сам себя,- мы ведь можем выехать из дому на тонированном автомобиле. Так что никто и не узнает, кто внутри.

+1

5

Ответ дождя, надо сказать, весьма ободрил рыжую. Где-то в мысленных закромах она чиркнула себе свеженькую "ачивку". А таки затруднения, как язык и навигация - дело обстоятельства. В конце-концов - все мы люди, и здешние люди все-таки имеют прокаченную терпимость, чтобы с пониманием отнестись к явным иностранцам. В конце-концов, эти трудности  формальности могут сгенерировать  вполне себе приключение.
-GPS, да разговорник в руки - и вперед. В конце-концов, всегда есть старый-добрый "do you speak english?". А по поводу близнецов... чтож, было бы дюже славно увидеть и оценить градус изумления на их лицах. В идеале - даже сфотографировать на память.
     Пожалуй, босс всегда была абсолютно уверена в себе. Либо очень стильно умела махать рукой на детали и "второе дно". Как бы то ни было, но вектор удачи и живучести таки позволил ей сейчас стоять здесь и думать о планах на вечер. 
     Если предположения Лоренцо касательно слежки оправдаются - это хотя бы на какое-то время точно поставит хвост в тупик, может вынудит работать на два фронта. Рейнарду не за просто так была доверена такая ответственная работа.
     Да и черт бы побрал - в четырех стенах действительно можно съехать с катушек. Да, Зектория на самом деле действительно болезненно переживала смерть матери, однако жизненные убеждения не позволяли это выпячивать. Проще всего спрятать все свои переживания за бурной активностью и динамикой. В каком контексте унылая и хнычущая девчонка будет выглядеть хоть на каплю убедительно?
     После этого маленького рассуждения, Древес ухмыльнулась и ловко подхватила дождя за рукав, вдохновленно потягивая прочь из кресла:
-То есть, ты хочешь на машине? И что тебе кажется более интересным - прогуляться на своих двоих по ближайшим районам, или прокатиться вдоль и поперек городка? Меня лично устроит и порадует любой вариант. И вообще, как ты относишься к привычкам проходить под десяток км пешком? - А орбита действительно эллипсообразная? Что ты думаешь о теории антивещества? Может быть, когда-нибудь, слетаем на луну..? ...ну и все в таком духе, вы поняли.

+2

6

Лоренцо на секунду задумался: «Осознает ли босс, насколько опасно так крепко хватать удачу за хвост и что есть сил тянуть? Тем более что удача – редкий скунс…» Хотя, возможно, это просто был ее личный способ бороться со страхом и волнением. Кто-то заправляется алкоголем, кто-то бодрится наркотиками, кто-то, как Лоренцо, подходит к своим страхам и беспокойствам как патологоанатом, насвистывая «The show must go on» и спокойно потроша их в поисках причин. Босс же предпочитает лишний раз дернуть удачу за уши: «И придется признать, счет пока, по большей части, в ее пользу».
     -Думаю, все же не стоит лишний раз рисковать,- спокойно произнес он,- мы можем спугнуть их, так и не узнав, а были ли. Или наоборот – спровоцировать на поспешные действия,- Геккарто замолчал, стараясь правильно облечь мысль в слова,- Мне кажется, госпожа, машина более предпочтительный вариант. В данном случае. А что до меня: пешие прогулки хороши, но и поездка расслабляет,- Лоренцо не врал. Он даже себе не мог точно сказать, что предпочитает больше – растаптывать ноги или задницу. Если отрешиться от заданий, к выполнению которых он всегда подходил с позиции оптимального решения, а не «нравиться – не нравиться», то его досуг был довольно скучен. Да и в это время он не позволял себе рассеивать внимание.
     «Поверх бронежилета можно накинуть куртку, второй надо закинуть на заднее сиденье. И противогазы туда же, на всякий случай»,- для того, что бы Геккарто мог действительно расслабиться и отдохнуть потребовался бы опытный психолог. Или лоботомия. Скорее последнее. Первое, через пару часов общения, само бы застрелилось.

0

7

Через некоторое время, лифт звякнул на нижних этажах, и эксцентричная парочка в спокойном темпе двинулась к стоянке. На улице действительно было очень живо. Стоило обратить взгляд на вечернее небо под определенным углом - и там простирались длинные  коридоры из соседних друг другу зданий строгой геометрической формы, со стеклянным отблеском, в лучших традициях модерна. Правда, увы, болеющим пристрастием к астрономии и прочей звездной романтике, искать в Азии нечего. Такие тонкости попросту затянуты отблесками света и смогом.
   Все мы под одним небом, как бы далеко друг от друга не были, -пронеслось в голове у Зектории, пока та стояла у машины и осматривалась, запрокинув голову. Одно небо. Объединяет всех.
   Опомнившись от этого лирического флера, рыжая таки щелкнула дверной ручкой и плавно, часть за частью, села на переднее сидение. Если с её водительским удостоверением здесь возникнут сложности, то правило пристегиваться было общим для всех, чем она и поспешила воспользоваться, оттягивая ремень.
-Кстати, ещё не соскучился по нашим товарищам? Когда они все через один-два дома от тебя, как-то совсем по другому это ощущается, -обратилась Древес уже напрямую к старшему.
    Примерно к концу фразы как раз успела догрузиться электронная карта. Выбор местности и заведений был чуть более чем огромный. Задумчиво похмыкав, Зекти бросила затею с обдумыванием... и с отвернутой головой просто наобум ткнула пальцем в рандомную точку карты ...

0

8

Ещё пару миллиметров и палец бы указал на торговый центр, но, убрав ноготок, Зектория увидела пиктограмму поменьше. Вызвав меню, она открыла описание, гласящее о том, что... Что юная Древес, несмотря на театральность бессильного вздоха, не знает японского... Комментарии тоже не отличились языковым гостеприимством. Слегка смутившись, девушка повторила операцию слепого выбора, наткнувшись сначала на какую-то кофейню (или как это переводилось?), а затем на ещё один небольшой ресторан с традиционным меню.

К счастью, в последнем варианте была информация, продублированная на английский, как-то: график работы, контактный телефон и подробное меню с довольно-таки человеческими ценами. Комментарии всё равно были на местном языке, но такого рода забота о клиенте давала надежду на дальнейший сервис, благоприятный к гайдзинам, которых коренное население, в большинстве своём, встречало не очень радушно.

0

9

Япония, Токио, 20:30
Сжимая в руке влажную ручку металлического кейса, человек торопливо семенил по многолюдному проспекту, в то время как раздражительность, обычно не присущая его характеру, всё явственнее проявлялась с каждым пройденным шагом. Украдкой брошенный взгляд на часы, попытка поправить съехавшую на глаза кепку, рука, инстинктивно тянущаяся к пачке сигарет в кармане; Ервоку мерещилось, что каждое его действие привлекает излишнее внимание, а потому, стараясь казаться незаметным, он лишь сильнее выделялся из толпы. Нащупав глазами автобусную остановку, Макгаффин решил перевести дух - пятичасовые гуляния по городу здорово выматывают. Лёгким пинком затолкнув под скамейку свой чемоданчик, он присел, тяжелым взглядом оценивая степень опасности сидящей рядом старушки. Закатное солнце, блестящее за плексигласовым козырьком весело пылало, люди жили, любили, ссорились, спешили по своим делам, в конце концов, в то время как посреди Токио скрывался засланный шпион Заффиро.

Италия, штаб Заффиро, двумя днями ранее
– Слушай, Ервок, ты что-то совсем заскучал. Не пора ли тебе проветриться? – неожиданно дружелюбно бросил Микель, в глубине своей тёмной души наслаждаясь мыслью о том, что выходные он проведёт в гордом одиночестве, без постоянно путающегося под ногами механика.
– Спасибо, Мик, но я как-нибудь обойдусь. Тем более, что мои птички вот-вот научатся летать.
Склонившийся над верстаком механик натянул на глаза налобное увеличительное стекло и вернулся к дымящемуся во флюсе паяльнику. Лёгкий металлический каркас, расположившийся неподалёку, смотрел на солнечного хранителя неуютным взглядом пустых оптических линз. 3Д-принтер зашумел, помолчал мгновение, и с характерным звуком «чпонг», вытолкнул из себя очередной пропеллер.
– Это приказ. Они, «птички» твои, кстати, понадобятся. Закончишь к утру, вот билеты на самолёт, – внезапно похолодевшим тоном заявил Корво, оставляя на столе кожаную папку. Сам не зная, с каких пор он разносит по дому документы, Микель развернулся на каблуках и, чуть не сбив с полки заполненную до краёв пятилитровую пепельницу, покинул противное ему помещение.

Япония, Токио, 21:15
Сигнал проезжающей мимо полицейской машины, вернул Ервока, лениво наблюдающего за оживлённым перекрёстком, назад к действительности. Старушка, как оказалось, уже давно отбыла с первым же автобусом, на прощание пробурчав незнакомцу что-то нравоучительное и очень японское. Хлопнув себя ладонями по затёкшим коленям, Макгаффин, напоследок зевнув, встал и вновь побрёл по стемневшему городу, ворча себе под нос безобидные проклятия в адрес начальства. Чемодан, задетый выпадом ноги, загремел. Собранные накануне трикоптеры, половина которых уже разлетелась по городу неопознанными летающими объектами, казались механику чуждыми с того самого момента, как они стали частью операции.
– Ничего, осталось всего парочка, – тихо прошептал Ервок, скрываясь в переулке.

0

10

Геккарто, накинув куртку (ту самую, в которой он день назад прилетел в Японию) и прихватив второй бронежилет, последовал за Зекторией. Одновременно с этим он раздал несколько приказов охране по рации. Например: Быть готовыми выдвинуться по первому сигналу; Активировать датчик А51БФ (Лоренцо вовремя успел озаботиться оснащением всего транспортного парка такими датчиками. Благодаря им можно было легко вычислить их местоположение); Еще несколько мелких, но необходимых указаний.
     Дойдя до стоянки, Лоренцо слегка притормозил, с удовольствием, никак не отразившимся на лице, осматривая машину с датчиком 51. Тёмно-серый восьмицилиндровый дизельный кроссовер объёмом 4.2 - Volkswagen Touareg, стал базой для создания VIP бронеавтомобиля классом В6/В7 (это означает, что шанс выжить, если у вас под днищем окажется тротиловая шашка, чуть выше нуля, чем обычно). Внутри – роскошь и комфорт: белый с серым обрамлением кожаный салон, панели из мраморного дерева, кондиционер и климат-контроль, восьми ступенчатая коробка – механика и многое другое.
     Не удержавшись Геккарто, все же, дружественно провел рукой по корпусу машины и, открыв заднюю дверь, забросил туда бронежилет Зектории. Затем, подумав секунду, снял куртку, свой бронежилет, сумку с гранатами и положил их на заднее сиденье. Эти десять килограмм стесняли движение и, даже в накинутой поверх куртке, несуразно топорщились в разные стороны. Куртку, правда, он надел обратно (расставаться с верной береттой он не собирался, а ходить и светить ею на все стороны вроде бы мирного города не очень-то хотелось).
     Закончив с этим, он аккуратно закрыл заднюю дверь и, наконец, сел спереди на место водителя. Такие машины нравились Геккарто, из-за чего настроение было слегка приподнятое. Поэтому извечно меланхоличная маска чуть было не дала трещину, когда Зектория иронично пошутила про «товарищей».
-Нет, Госпожа. Тем более что мы можем вызвать их в любой момент,- ответил он, сумев сохранить свой обычный тон. Пока босс возилась с электронной картой, Лоренцо успел подкрутить климат-контроль на восемнадцать градусов, найти волну местного радио, на которой играло бы что-нибудь не японское (в данном случае это оказалось американское рок ретро радио), сделать потише, настроить зеркала и завестись. Машина приветствовал их утробным рыком трёхсот сорока литрового мотора.
     Когда выбор был сделан, Геккарто кивнул, и, плавно опустив ручник и переключившись с нейтралки, тронулся. Сперва пришлось проехать несколько кварталов узкими улочками, на которых не удавалось разогнаться выше семидесяти, но потом карта вывела их на скоростное шоссе, по которому, лавируя между более медленными сотоварищами, Лоренцо вел Touareg не ниже ста двадцати.
     В конце концов, им пришлось съехать с шоссе, и опять вернуться к черепашьему (по меркам Геккарто) передвижению. Но зато теперь, если постараться, можно было успеть разглядеть вытянувшиеся лица местных, провожающих жадным взглядом пролетающего мимо серого кроссовера.

+1

11

Знаете, чем знаменательно переднее сидение рядом с водителем? Тем, что тебе так же открывается максимально доступный угол обзора, плюс боковое зеркало, и в принципе многое схоже... но тебе не надо вести и быть сосредоточенным на дороге. Наслаждайся видом, сколько успеешь. А посему, можно расслабленно выправить спину и окунуть её мышцы в мягкость сидения. Надо отметить, что красный плащ Зектории, кожаный, вписывался в общую обстановку ярким контрастным пятном. Босс вообще была в восторге от насыщенного ураганного цвета - пожалуй, этим она отдавала дань своему тщеславию. И только посмейте мне возразить, что последнее отсутствует у какой-либо инопланетянки с Венеры. Ну, во всяком случае, себя уважающей. В силу роскоши внешней обстановки и манящим покровом праздной городской жизни, внутренняя тревога и посылы к шизофрении плавно остывали. Натужность общей ситуации и положения Гларос как-то плавно обмякла, да и Геккарто уже не казался такой острой ледышкой.
    Опасно другое: если тянущуюся, к примеру, ткань, какое-то время крепко удерживать при максимальной натяжении - по ослаблению её волокна смягчатся, причем настолько, что явятся дряблыми и деформированными.
    За стеклом тем временем промелькивали различные улочки, один неоновый цвет сменялся другим. Тем не менее, японские дизайнеры приложили градус усилий, чтобы вывески не сложили собой пестрое лоскутное одеяло, или, о боже, любимый странами СНГ Ковер.
    На пересечении центральных улиц Зектория дважды заметила незатейливые самолетики в воздухе, на разных углах, причем идентичные. Хм... наверное, сувениры или флешмоб какой, -подумалось рыжей.
    -К слову, -снова начала девушка, -мы с вами, и с тобой в частности, знаем друг друга уже достаточно долго. Пожалуй будет более уместно, если ты просто начнешь обращаться ко мне по имени... на равных, -судя по осторожному тону, Небо давно задумывалось над этим вопросом, но не было обстоятельств для его поднятия. -Все же мы далеко не юридическое лицо с внутренними формальностями, и все вы значительно старше меня.
     Примечательно, что к этому моменту "разыгранная" на сегодня карта поспешила аккуратно оповестить, дескать "вам джекпот".

0

12

Пока гулкий внутренний голос монотонно отсчитывал шаги до следующей точки запуска, Макгаффин продолжал волочить ноги по переулку, оглядываясь в поисках знакомых вывесок, написанных на старом добром английском. Факт, одновременно смущающий и даже забавный –  родной язык в далёкой азиатской стране кажется настолько неуместным, что рождает праведные сомнения в целесообразности его использования. Внезапно, звонкий сигнал, раздавшийся из кармана пальто, где лежал смартфон в фирменном чехольчике от Зарка Групп, известил механика о том, что пора расставаться с ещё одним трикоптером.

Открыв чемоданчик, Ервок нежно вытянул оттуда небольшой, размером с его крупную ладонь, куб из мелковспененного полиуретана. Когда расположенная на плоскости защитная наклейка была оторвана,  поролонка раскрылась двумя половинами, на одной из которых, в некотором углублении, и лежала Ервоковская «Птаха». Миниатюрная машинка представляла собой проволочную конструкцию в форме сплюснутого эллипсоида с тремя пластиковыми опорами, на концах которых грозно блестели трёхлопастные пропеллеры. Среди спутанных разноцветных проводов, внутри, помимо навигационного оборудования и модуля радиосвязи, находился цилиндр фотокамеры, совмещённый с особой гордостью Ервока – детектором пламени предсмертной воли. Созданный на основе украденных из-под носа Бабеля чертежей, он ценой снижения точности, был переработан в лёгкий, компактный и сравнительно бюджетный вариант. Шестёрка подобных детекторов, однако, вполне могла показать достоверную картину города, на что, собственно, и была рассчитана текущая миссия.

Щёлкнув тумблером на нижней стороне устройства, Ервок, дрогнув сердцем, отпустил жужжащий трикоптер в небо. Чувства, пережитые им в ту минуту, можно было назвать только одним словом человеческого языка – противоречивые. Радость родителя, отпускающего своё чадо в огромный мир, омрачалась лишь опустошающим знанием того, что ребёнок никогда не вернётся домой. Беспилотники, запрограммированные на слежку, и вправду не предполагалось забрать обратно в Италию. Найдя для себя относительно высокую точку парковки – предположительно на крышах домов – они, ради экономии заряда батарей, должны были взлетать, делать серию пламенных фотоснимков, а затем, отправив данные по спутниковому каналу, вновь погружаться в режим гибернации. Сей цикл сансарных перерождений длиной в неделю заканчивался нирваной подрыва небольшой пороховой шашки, полностью разрывающей аппарат на бесполезные составные части, что заставляло Ервока ещё сильнее переживать за судьбу своих устройств.

Подобно Хану Соло в карбоните, он так и стоял, задрав светловолосую голову вверх, замороженный, на границе электрического шумного проспекта и переулка, чья скромная грязно-серая наружность служила ему естественной маскировкой. Чужак-иностранец в безумном непонятном городе; домосед, жестоким пинком выгнанный с насиженного места; оптимист, чья вера в человечество была непоколебима – Ервок стоял и смотрел на странный, искаженный преодолённым на самолёте расстоянием, диск луны.
Усилием воли он, впрочем, смог оторваться от исконно-японской забавы созерцания обнажённой Селены. Вернув на фасад дежурную улыбку, не удержался - закурил, выплыл из придатка улиц на освещённый проспект, прокрутив в голове данные по следующему запуску. Пара оставшихся километров – пустяк по сравнению с уже пройденной марафонной дистанцией.

Отредактировано Ervokh MacGuffin (2014-02-20 10:13:19)

+1

13

Геккарто, в задумчивости, пережевывал сказанное Зекторией.
     -Госпожа,- начал он, старательно подбирая слова,- да, мы не юридическая организация, а, скорее, что-то вроде семьи,- Лоренцо остановился на перекрестке, дожидаясь когда погаснет красный,- В семье ведь принято называть папу – папой, маму – мамой, дядю – дядей. Здесь такая же история,- загорелся зеленый. Геккарто тронулся со второй передачи,- Я, вот что хочу сказать,- необходимые слова с трудом отыскивались в памяти. «Как же давно я не говорил с людьми на нормальные темы»,- мелькнула мысль,- вы ведь не за красивые глаза стали боссом Гларос, поэтому ваш статус выше, чем у других. Вы не должны стыдиться его или прятать. Напротив,- необходимо, что бы остальные этого не забывали. Даже если это друзья. Даже если они старше. В особенности если они друзья и старше,- Лоренцо притормозил и повернул на лево, въезжая на огороженную парковку возле красивого двухэтажного здания,- иначе, вы рискуете навсегда остаться в их глазах,- Геккарто заглушил двигатель и дернул ручник,- кем-то, пусть и очень важным для них, но не тем, кому следует полностью подчиняться и чьи решения нельзя оспорить.
     Выйдя из машины, Лоренцо огляделся по сторонам. Заведение, которое выбрала Зектория, называлось «Yakaniku Sakamoto» (Читать по-японски Геккарто, естественно, не умел, но под большой лакированной черной вывеской, с золотистыми японскими иероглифами, был среднеразмерный аналог на английском). «Что ж, выглядит слегка помпезно, но не будем судить по обертке»,- Лоренцо не был гурманом, или любителем сходить куда-нибудь поесть, но, благодаря профессии, с ресторанным бизнесом был знаком хорошо (почему-то, они были излюбленным местом встреч для многих, не совсем честных, людей).
     Внезапно, зазвонил телефон. Точнее, едва заметно завибрировал (у Геккарто был старый, монохромный агрегат, с единственной используемой функцией – будильник). Лоренцо насторожился – его номер был известен органичному числу лиц, причем в справочнике телефона не было забито ни одного из них. Это было сделано специально, на случай если телефон попадет в чужие руки. Геккарто, наконец, вспомнил, кому принадлежит этот номер, отчего его беспокойство только усилилось. Он нажал «Принять вызов»:
     -Слушаю.
     -Дела с "землёй" улажены, похороны послезавтра, ещё через пару дней вернёмся. Постарайся, чтобы объект "Ди" не светился. Хотя бы на улицах,- сухо прозвучало в ответ.
     -Принял,- так же сухо кинул Лоренцо, нажимая отбой.
     Он внимательно посмотрел на Зекторию,- Звонил Хан,- пауза в несколько секунд, в течении которых Геккарто решал, повторять ли разговор дословно, или своими словами. Решив ничего не убавлять, он повторил «рапорт» Зеричче. Ни лицо, ни голос не выдали его. Может быть только глаза, в которых на долю секунду мелькнул ироничный огонек, мол: «Я же говорил, не стоит давать послаблений даже друзьям».
     Но это уже не имело значения, Лоренцо неспешно развернулся лицом к «Yakaniku Sakamoto».

0

14

Зекти, что для неё было свойственно не так часто, ровно, спокойно, молча и внимательно дослушала объяснение Геккарто до конца. Все-таки он был прав, семья-семьей, но гангстерскую иерархию никто не отменял. Это и вправду не секция любителей, где хоть и есть идейный лидер, но по дружбе с ним можно договориться и все уладить, перетянув себе кусок одеяльца.
- вы ведь не за красивые глаза стали боссом Гларос, - Конечно, а за красивую родословную и чистую мед.карту... чувствую себя кошаком на выставке, -мысленно пробубнила рыжая, но виду не подала.
     Хотя, у Брюса Уэйна ведь всегда был Альфред, который хоть и опекал его с детства вместо покойных родителей и был самым близким для него человеком, но идейно все равно оставался дворецким. С великой силой приходит великая ответственность, все дела. И видимо действительно понадобится смирить свой пылкий нрав, но к этому девушка подойдет не сию минуту, и не так спешно. Если резко выкорчевать стержень без аналоговой, более совершенной замены - останется пустота. В худшем случае в неё забьется все то, чем лучше не загромождать чистое пространство - мусор, причем рандомный.
   Поскольку они так удачно приехали, Зектория решила молчаливо замять эту тему. 
   Первее помпезности и зализанности дизайна в мягких, теплых тонах, Древес на глаза бросилась фирменная вывеска-лампа. Она была и забавна, и на английском.  Это была круглая конструкция с освещением внутри, а на внешнее стекло была наклеена черная пленка, в которой был вырезан логотип: силуэт коровы с речевым пузырем "why not?", шесть звезд внизу и надпись "Vegetarian? No way!".  Босс сочла это забавным, ибо расценивала помешанных вегетарианцев опаснее религиозных фанатиков. И просто сама любила мясо.
    Вообще английская аннотация здесь явно была на первом месте, что как бы говорило "Мы для туристов! Не бойтесь, проходите!". Не просто так в поисковике висит описание на православном-международном. Вечерняя прохлада мягко обдала по рельефам улицы, своим направлением подталкивая в сторону ресторана. Особые романтики сочтут это за знак свыше.
     Но как бы не так - семья двумя здешними хранителями не ограничивалась. И в этот расслабленный момент о себе дал знать никто иной, как Зеричче. Грозовому юноше стоило выказать должное: Хан словно шкурой чует, когда надо дать о себе знать.
    Однако босс волновалась за их дела, и когда услышала от телефонного динамика шуршание знакомой тональности, с предвкушением ожидала, когда Геккарто закончит разговор. Что там, какие новости? Как долетели, как дела обстоят? Может что выяснили новенькое? Хотя, а вдруг не они? Или, о боже, дома что стряслось, когда они отъехали? Древес от любопытства и волнения едва ли не вытянулась на носочках в направлении Лоренцо. Его внешняя безэмоциоальность, которая отвергала какие-либо мимические спойлеры ситуации, подливала масла в огонь.
    Спутник не стал тянуть и ввел госпожу в курс разговора. Да, было ясно, что сели и работают они точно нормально. И что наставник явно не прекращает даже в свое отсутствие достаточно строго курировать младшую.
-Да, как, э..! -смутилась рыжая, даже не успев понять, а уместно ли сейчас возмущаться, тем более что Лоренцо не развернулся обратно.
     От такой эмоциональной встряски вспыхнула еле заметная рыжая искра и незаметно, с тончаший для человеческого глаза шлейфом, проскользнула вдоль трости, что висела под сумкой на плече девушки. Дисбалансированное пламя в купе с хромым самоконтролем периодически о себе напоминало. И без надзора Хана получало дополнительные "поинты" к самовольности.

+1

15

Одинокий коптер модели "Птаха" скользил по токийскому безоблачному небу. Названный в честь бабушки Ервока (имя слишком священное, чтобы быть упомянутым всуе) он был собран с той особой педантичностью и старанием, с которыми создаются вещи, самой судьбой предназначенные быть идеальными. Однако, иронично осужденное жить небом устройство, даже не смотря на свою исключительность, не могло повернуть свои сенсоры к звёздам, которые судя по обновленному 1.3333 секунды назад метеорологическому прогнозу, сияли во всём своём летнем великолепии. Именно этот, печальный, склонный к апатии и размышлениям о природе сущего, механизм через пару секунд встрепенётся и что-то пропищит. А вместе со странными, неразличимыми человеческим ухом звуками, в экстранет семьи Заффиро польётся крайне противоречивая информация.

– Ложное срабатывание?
Риторический вопрос, прозвучавший в голове Ервока, быстро сменился разочарованным безразличием. Никто, даже сам Макгаффин, не был абсолютно уверен в надёжности прототипа детектора пламени предсмертой воли, так что подобные инциденты были ожидаемы. Более того, они были предусмотрены эвристическими алгоритмами, отсеивающими маловероятные с точки зрения системы сигналы. Но вскоре, когда второй, а затем и третий беспилотник подтвердили подозрения первого, на экране смартфона появилась карта местности. Пропустив пару ударов, сердце Ервока на прощание помахало ему рукой. Всё-таки, курорт «Пятки» – шикарное местечко на берегу моря, созданное как раз для таких случаев. Наблюдая за кругом, постепенно сходящимся в точку, механик, как ненамеренно научил его Микель, витиевато выругался, чуть не выронив изо рта дотлевающую сигарету.

***

Кепка сорвана, табачный дым, выпускаемый из ноздрей, растягивался в воздухе яростным шлейфом. Товарным паровозиком расталкивая встречный поток людей, хранитель грозы нёсся навстречу указанному адресу. Забыв о маскировке, ровно, как и о требовании начальства оставаться незаметным, он, увлечённый происходящими на его глазах событиями, спешил к эпицентру торжества. Малая, но очень разумная часть его сознания, конечно, твердила о расторопности этого решения, но была успешно проигнорирована. Вопрос о том, как Ервок будет выпутываться из гипотетически непростой ситуации, повис в воздухе никем не рассматриваемый.

***

– Вроде...оно? – неуверенно прошептал себе под нос механик, осматривая крыльцо, ведущее в подвальный уровень какого-то ресторана, отдающего запахом концентрированного престижа за два квартала. Мысль о том, что здесь скрывается мафия, была спорной, хоть и не лишённой логики. В конце концов, детекторы могли засечь не семью, но отдельного индивидуума, неосторожно воспользовавшегося пламенем. Разумная часть сознания, упомянутая чуть выше, успокоилась: встречу с одиночкой Ервок мог и пережить, в отличие от безумного единоличного нападения на штаб соперника. Поправив очки, Макгаффин вздохнул, и, размеренно взмахнув чемоданом, спустился по каменным ступеням навстречу собственному року.

0

16

Они двинулись к входу. Разговор уже закончился, а Геккарто все размышлял: какую же неприятную и сложную тему он поднял. Но кто-то должен был начать. Жаль, что это оказался он – будь на его месте Хан или, прости господи, Хейтер, они смогли бы более четко и правильно все объяснить. Да так, что к их словам прислушались бы. А он что? Родился в грязи, жил в грязи и сдохнет, скорее всего, то же в грязи. Для них, в большинстве своем, получивших хоть какое-то образование, его слова, наверняка, казались речью деграданта.
     «Не так все плохо»,- одернул себя Лоренцо,- «Ты не учился в школе, это факт, но за последние пятнадцать лет ты перечитал много книг, пересмотрел кучу хороших фильмов, прослушал гору музыки. Ты заматерел и набрался опыта. Научился, как не дать жизни сесть на тебя верхом, а резким ударом под дых согнуть, что бы потом, отточенным движением, добить ударом колена в висок».
     Полегчало. Надо сказать, за внешним и напускным безразличием, в отношение образованных людей, Лоренцо скрывал уважение и некоторое почтение. Поэтому несколько болезненно и самокритично воспринимал отсутствие собственного, хотя бы минимального, официального образования.
     Они вошли в ресторан. К ним, тут же, подскочил местный паренек и что-то защебетал на своем диалекте, но, наткнувшись на сумрачный и тяжелый взгляд Геккарто, осекся, со страшным акцентом и заикаясь, выдал что-то вроде: «speak english?». Лоренцо кивнул. Облегченно вздохнув, японский паренек, жестом попросив подождать, убежал куда-то вглубь зала. Через полминуты он вернулся с другим японцем, но казавшимся чуть постарше первого. Для Геккарто, как и для многих Европейцев, Японцы был все на одно лицо. Конечно, существовали некоторые отличия, но он пока воспринимал их с трудом.
     Этот второй, одетый в такой же костюм, что и первый: строгие черные брюки и черные лакированные туфли, белая рубашка и золотистая бабочка,- изъяснялся на английском куда лучше и понятнее. Их провели в полузаполненный зал и усадили за стол, напротив барной стойки. Лоренцо попросил пепельницу. Официант непонимающе уставился на него. Тяжело вздохнув, дождь достал пачку сигарет и показал на нее. Искра понимания сверкнула в глазах японца. Он улыбнулся, кивнул, и отошел к стойке. Вернулся оттуда он с круглой пепельницей из гладкого черного камня и двумя копиями меню в кожаном переплете. Затем удалился, позволив Зектории и Геккарто обдумать свой выбор.
     Щелкнула зажигалка, на конце сигареты появился злой красный глаз. Лоренцо затянулся и, с наслаждением, выдохнул. «Если начал дело, имей смелость довести его до конца»,- подумал он.
     -Госпожа, если решите, что я лезу не в свое дело, просто скажите мне заткнуться, но,- Геккарто перевел дыхание,- Я все же должен закончить разговор, что мы начали. Пусть я не самый быстро соображающий человек в вашем окружение, но все же умею подмечать некоторые вещи. Вы должны заставить их изменить свое отношение к вам,- продолжил он, забыв уточнить, кого их,- придется ожесточить себя. Я не говорю, что вы должны плевать им в лицо, и пренебрежительно относиться к советам. Нет, не так. Просто… Понимаете, самые опасные вещи могут сотворить лишь самые близкие люди с добрыми намерениями,- негромко говорил он,- надеясь защитить и уберечь от ненужных, по их убеждению, переживаний, без которых не создать характер, не набраться опыта. Относитесь к советам с осторожность,- Лоренцо замолчал, когда за его стул неловко зацепился чемоданом высокий светловолосый молодой человек, субтильной наружности. Проводив его тяжелым взглядом, он вновь повернулся к Зектории.

0

17

Когда по-большому счету их снова оставили тет-а-тет, Зектория внимательно слушала Лоренцо. На самом деле было приятно, что он поднял эту тему всерьез, а не ради красивого словца, чтобы отмахнуться от попытки рыжей "наладить контакты". Где-то внутри англичанка понимала, что ещё далеко не все знает или умеет. Тем не менее, признавать это не торопилась.
-Думаю... -как раз в этом тонком переходе было украдкой вмешательство из вне, в лице другого... европейца. Рефлекторно подняв глаза, Древес, условно говоря, встретилась с ним лицом к лицу. Внутри щелкнуло легкое беспокойство, с учетом предостережений Лоренцо и Хана.
Ещё один..? ..а вдруг, просто турист.
     Поспешно опомнившись, дабы тупо не пялиться на похожего, Зекти неуклюже постаралась вернуться к разговору общими фразами:
-Да, тут я, пожалуй, подписываюсь под каждым твоим словом. Никогда не знаешь наперед, как сложатся обстоятельства у тебя или у... тех же коллег.
     Есть такая штука в психологии - стихийное заражение, её ещё в быту небрежно кличут "стадный/стайный инстинкт". Наверное, успокоение Дождя, сказывающееся на боссе, смягчило темпераментные выпады, но оставило привкус паранойи.  Но встречный иностранец явно не был итальянцем... черт, как и они! Удлиненные ногти нервно шкрябнули по лакированному деревянному столу, прячась вот внутрь ладони.

0

18

Интерьер ресторана, в чем-то минималистичный, но скорее незатейливый, полностью удовлетворял интернациональный общественный вкус. Даже англоязычные надписи, за которыми Ервок гонялся весь вечер, остались незамеченными. Впрочем, сюда его привела не жажда родного языка, но любопытство. Взгляд хранителя, преломляемый толстыми стеклами очков, скакал по помещению в поисках свободного места. Благо этим вечером заведение не пользовалось большой популярностью и посетители, ведомые подсознательным влечением к себе подобным, ютились в пределах нескольких оживленных архипелагов.

Осознавая, что один из клиентов ресторана все ещё несет в себе пламенный огонёк и представляет потенциальную угрозу, Макгаффин заспешил присесть. Нерешительное стояние в дверях сорвало уже не одну секретную операцию. Ведомый отрывками знакомого наречия, вычлененными из монотонного жужжания приглушенной японской болтовни, он заспешил к последнему стулу длинной барной стойки. Там, у стены, открывался отличный вид на всё заведение, что полностью удовлетворяло потребности его видоизменённой миссии. Проплыв мимо недоумённой официантки, вопрошающей себя, какого, мол, черта, этот светловолосый ангел не займёт место поближе, Ервок услышал металлический звук. И точно, чемоданчик механика по неосторожности задел стул одного из посетителей. Проскрипев свои искренние извинения, Макгаффин, смущенный и взволнованный одновременно, взобрался на высокий табурет. Жаль, что у него не было рецепта микелевских нейростимуляторов или футуристичного карманного суперкомпьютера, который бы безвозмездно предложил бы ему все решения. Придётся поработать собственной головой, в теории светлой не только волосами, но и содержанием.

Один из окружающих меня людей – злобный аллигатор криминального мира. Или зелёный новичок, неспособный уследить за собственным пламенем. Но учитывая моё желание выйти из этой передряги героем, пусть он будет пятиглавым огнедышащим драконом с научной степенью по философии и кислотной слюной, разъедающей этот потрясающий пол. И как же ты, космический капитан Макгаффин, справишься с этой бестией?

В лихорадочный поток мыслей внутреннего мира Ервока ворвалась официантка. Выяснив, что связь между ними тянет на полуторную – спасибо языковому барьеру – механик, нахмурившись, вытащил из кармана ключи от гаража Корво. С тихим щелчком из швейцарского ножа выскочила мини-отвёртка, символизирующая собой одноимённый напиток.

О драке не может быть и речи, тут ты бесполезен, смирись. Но, быть может, капитан сможет принести пользу семье, не принося собственную жизнь в жертву? Эх, солнышко бы наше зефирное на это место. Он бы совершил пару магических пассов своими волшебными ножками... Чиркну ему сообщение, что ли.

С крайне угнетённым видом посасывая свой коктейль, Ервок застрочил СМС полное его душевных переживаний по поводу вынужденной тяжбы на чужой земле. Текст получился знатный, полный страсти, страдания и замаскированных намёков на самоубийство. Разве что описание ресторана получилось каким-то куцым...
Просветлённый, Макгаффин вытянул вперёд руку, запечатлев себя на фоне интерьера ресторана. И пусть большую часть фотографии занимала его добродушная рожа, меньшая, и самая информативная, целиком досталась очень фотогеничной публике. Боже, благослови Инстаграмм.

+2

19

Геккарто затянулся, пытаясь собраться с мыслями. Самому себе он казался полным, мягко говоря, ослом. Словно сброшенный с отметки в пять тысяч километров без кислородной маски. "Теряем сознание пытаясь раскрыть парашют, а у него, черт побери, стропы запутались".
     Лоренцо, в поисках поддержки, огляделся по сторонам, прислушался. Неуклюжий иностранец увлеченно что-то строчил, потом сфотографировался. Геккарто нахмурился. Нет, не от подозрений - будучи довольно консервативным человеком он с некоторым презрением относился к пользователям новомодных гаджетов. Вот ведь мода нынче. Остальные посетители вели себя более достойно, что в понимании Лоренцо, значило: сидеть и не отсвечивать.
     И вот господь, видимо, заметив его терзания, решил в очередной раз выкинуть кое-что из своих, так любимых, ироничных шуток: приглушенный мотив местных аборигенов сменился незабвенными Art Made Of This со своим Sweet Dreams. "А не пошел бы ты, шутник хренов, с голой задницей да на затворки Чикаго",- злобно подумал Лоренцо. Настроение ухудшалось. Правда, об этом знал только сам Геккарто - омертвелое выражение лица за все это время даже не дрогнуло. Только несколько раз моргнули холодные серые глаза.
     Пауза затягивалась. Он еще раз затянулся. "Осталось два километра до того, как меня самого можно будет подавать в ресторанах",- мелькнула ироничная мысль,- "Хотя нет, такая падаль, для ресторанов не подойдет - максимум в лотке сосисочника на углу. С большой порцией горчицы сверху".
     Как известно, у большинства паразитов, возведших в профессию отнимание чужих жизней, есть и свои психические сдвиги. Для Геккарто это была неспособность бросать дело на половине пути.
     -Я понимаю, что все это похоже на долбанутое нравоучение,- он выдохнул в сторону облачко дыма,- но попробуйте все же услышать. Я - не лидер, и никогда не хотел им быть. Просто старый бойцовый пес, что грезит о хозяине. Хозяин есть - это вы,- "Some of them want to use you" - декламировала под незамысловатый риф Энни. "Провались, гаденыш",- еще злобнее воззвал к господу Лоренцо.
    -Но даже собаке хочется видеть величие своего хозяина,- продолжил он,- величие семьи, в которой она живет. Вам много придется для этого сделать, но самое главное - не позвольте им, этим старым жирным гомикам, считающим, что их прошлые заслуги и деньги, дают им права вами помыкать. Покажите им зубы. И если при этом придется пожертвовать кем-то из нас - смелее. Для этого мы, черт возьми, и существуем.
     "Some of them want to get used by you. Some of them want to abuse you. Some of them want to be abused" - не унималась Леннокс. "Чтоб тебя, трижды..."- продолжил про себя богохульствовать Геккарто.
     Дистанция девятьсот метров. Можно уже различить деревья.

Отредактировано Lorenco Gekkarto (2014-02-26 10:11:52)

+1

20

Собака, пес..? Как человек может сам о себе так думать..? Разве он не сужает свои же возможности?- не укладывалось в голове Зектории. Нет, она конечно знала об идеологии служения, но в её мировоззрении это все делается ради собственного дальнейшего возвышения и развития. Ведь это рамки  теоретической системы, которой в дальше теории и бумаги просто не бывает в силу кучи ньансов. 
"...Who am I to disagree?..." -идеально в такт звучало из колонок. "-Travel the world and the seven seas... Everybody's looking for something...". Можно было проследить за сигаретным дымом и затяжками Лоренцо, но это бы окончательно свело все внимание к разговору на нет. Да и уж больно на криминальную романтику тянет, в данном-то контексте. А дым что? Ему все равно. Светло-серыми волнами он выплывал наружу и тянулся к потолку (ибо вытяжка),  растворяясь тончайшей аурой в бесконечность.
    Но что Зекторию волновало ещё больше со смертью матери - так это ещё большее доминирование её отца и "старых жирных гомиков" у его кормушки. Зачаровывающие мотивы уже заканчивающегося оста, ресторанной атмосферы, легкая духота и слабая степень задымления словно сами подталкивали окунуться во флешбек.

{Within Temptation – Stand on my ground }
Мистер Древес представлялся дочери растущей фигурой, у которой в полутьме видны только очертания и форма, изредка части все же показываются в размытых краях области одиночного прожектора. И с каждым сезоном уходящего года эта фигура становилась все крупнее, мощнее и все больше отходила от явного света во тьму.
   Год назад. Щелк прожектора. Они стоят друг перед другом такие, какими они есть в обычной жизни, ещё при ощущениях кровной семьи. Мужчина спокойно протягивает дочери резную трость.
-У тебя есть сила. Ты особенная. Ты сможешь. Все в твое пользу. Помоги мне, дорогая. ...ну же, не бойся.
Стоит девушке коснуться трости, как она бурным огненным всплеском превращается в Элишебу. Секира, которая одним касанием Зектории из обычной привлекательной вещи становится символом мощи, власти и страсти, сияние которой для неё ярче короны. Оружие, в которое можно влюбиться всей душой, перед которым все тело трепещет.
-Не бойся, видишь, ты все можешь. И все контролируешь.
   Около 8 месяцев назад. Он отошел на шаг, и тень от волос таки скрывает часть его лица, но на свое место он дружелюбно подталкивает три другие фигуры.
-Гляди, а это твои новые друзья. Все под стать тебе, все как на подбор. Они- твои. Делай с ними, что хочешь, -при этом, все с тем же заботливым тоном, Древес плавно отходит в сторону зановеса, прочь от сценического света.
    Два месяца назад. Хранители стоят четко по окружности падающего света, а рыжая сидит в центре, даже не зная, что от неё требуется теперь, когда все роли на своих местах.
-Дело сделано, - слышится все тот же отчий голос позади. Стоит Небу поднять глаза, и она увидит, как во тьме уже стоит великан. -Бедняжка, не знаешь, куда теперь себя деть? Это бывает со всеми. Может, что и изменится.
      А сейчас свет гаснет.
-Посмотри на себя. Ты сделала для меня все, что от тебя требовалось.
Она не может возразить ему, потому что главной целью действительно было не отдать Гларос людям со стороны. И фракция действительно не ушла с молотка, и теперь не уйдет. Некому ведь.
-Возвращайся к своей обычной жизни. Ты уже сделала все то, что могла. Студенчество, клубы, подруга, свобода, неоправданный мелкий риск... работа, дом, работа. Тебе это больше под стать. ...а так как хранители тебе больше не нужны - я заберу их себе. мафия - это моя связя.
Ты сделала то, что от тебя требовал Я.

    Опомнившись, Зектория в какой-то неистовой внутренней ярости вспыхнула пламенем. Тонкие оранжевые ниточки света поскользили вдоль её фигуры от пола до макушки, пальцы в кулаках на столе слегка дрожали, а рыжие волосы еле заметно словно дышали от энергии, в так сердцебиению.
-...Это - моя Семья... Никто. Другой. Её. Не получит.

+1

21

Низкий, плавно нарастающий гул, перемежаемый высокими нотами женских голосов, распространялся по помещению, в конце концов достигнув того самого дальнего уголка, где и сидел Ервок. Увлечённый составлением грустной как котик под дождем периодической рассылки, он рассеянно улыбнулся: поверх смартфонного интерфейса всплыло извещение от кружащих над городом трикоптеров. Не имея гарантии, что в его затылок сейчас не смотрит заряженное пламенем оружие, хранитель грозы Заффиро плавно поднял обе руки в воздух и медленно обернулся. Телефон он сжал в ладони, а металлический кейс подтянул ногой поближе. Впрочем, открывшийся ему вид был всяко лучше любых предположений.

Происходящее вокруг будто объединяло в себе апокалиптические гравюры Дюрера и чинную обстановку длинной очереди в продуктовом отделе супермаркета. Напуганные, но удивительно последовательные люди организованно вскочили со своих мест и, несмотря на полные тарелки, начали жрать вытаращенными глазами фигуру пылающей пламенем предсмертной воли девушки. А фигура того и вправду стоила. Мерцающие фейерверком рыжие волосы трепал несуществующий порыв ветра, в то время как на раскрасневшемся от сильных эмоций лице губы таинственно шептали некую неразличимую мантру. Но вслед за фактом созерцания вскоре поспела и ожидаемая паника от встречи со сверхъестественным. Все с той же болезненной сосредоточенностью публика набросила на себя свои модные короткие курточки и заспешила к выходу, создавая в дверях бурлящий негодованием человеческий пузырь.

Удачно опомнившись ко второй волне прокатившегося по ресторану хаоса, Ервок опустил руки, и, подхватив чемодан, бросился вслед за основным потоком. Перспектива быть методично раздавленным толпой все же выглядела много привлекательнее, чем ленивое времяпрепровождение рядом с ядерной бомбой, прижатой к глазнице и готовой взорваться в любой момент. Про себя отметив все трудности, с которыми придется столкнуться местной семье в деле отбеливания, стирки и сушки своей репутации, Макгаффин сдул с лица непослушную прядь светлых кучеряшек. Сегодняшним же днём он намеревался попрощаться с Японией. Быстро, решительно и, по возможности, навсегда. А если для этого придется поработать острыми локтями или в отместку попачкать пару ботинок, то он, в общем-то, не против.

0

22

И, все-таки, эта ряженная в белые одежды умалишенными лицемерами тварь, в очередной раз вошла во вкус. В жизни Лоренцо такое случалось регулярно. Вместо Энни, на сцену выползли патлатые Blind Guardian, во главе с Ханси. "Тебе, наверное, часто это говорят, но чувство юмора у тебя хреновое",- усмехнулся про себя Геккарто, вслушиваясь в начало мелодии. Кавер на The Chordettes и их Mr. Sandman. Как раз в тему того, что сейчас начнет происходит.
    -Не слушаешь ты своего брата. Говорил он тебе держать рот закрытым, раз не умеешь по-людски общаться,- на приделах слышимости пробубнил себе под нос Лоренцо, приняв состояние Зектории на свой счет.
     Десять метров. Теперь выбора нет. По головке его за это, конечно, не погладят. Но он привык. Стенать не будет. Нельзя, что бы об этом инциденте пошли слухи. И лучшее решение, как всегда, только одно.
     Пять метров. Рука скользнула под куртку. Негромкий щелчок, шуршание, еще щелчок – это был извлечен из кобуры и снят с предохранителя пистолет.
     Два метра. Геккарто поднялся из-за стола, не сводя взгляда с Зектории.
     Один метр. В доли секунды он совершил полуоборот и выстрелил официантке, что метнулась к ним, в голову. Выражение ее лица не изменилось: она даже не успела понять, что уже мертва. Тело, секунду назад принадлежавшее молодой и привлекательной японке, еще только падало, а Лоренцо уже прицелился в следующую жертву. Тучный усатый японец, скорее всего молодой, но из-за лишнего веса казавшийся чуть ли не ровесником Лоренцо, протянул руку, намереваясь открыть входную дверь ресторана. Пуля вошла аккуратно в темечко, расплескав содержимое его головы по еще прозрачному стеклу двери.
     БАХ! Есть контакт с землей. Время будто замедлилось. Высокая дама, сопровождавшая «толстого», статная, с горделивой осанкой, но, как заметил Лоренцо (А в такие моменты он подмечал до ужаса много мелких деталей, из которых потом собирался да омерзения реалистичный образ его жертвы), уже шагнувшая за порог сорока лет, может мать, очень медленно начала открывать рот. В ее горле уже начинал зарождаться этот противный резкий визг-крик. Геккарто не позволил этому случиться. Третья пуля укусила ее в висок.
     Кюршем, начинавший выводить второй куплет, завис на одной ноте. Но он упорно продолжал, стараясь порвать этот, такой внезапно появившийся, временной пузырь.
     Следующая цель – четвертая пуля. Тот самый иностранец, что фотографировался недавно. Знал ли он, что это его последняя фотография? «Достаточно иронично для тебя, старый хрен?»- словно молния мелькнула мысль о боге. Он успел повернуться и даже выставить вперед чемодан, края которого, наверное, благодаря освещению, заиграли необычным светом. Но с тех семи метров, что разделяли Лоренцо и его нынешнюю жертву, это не могло спасти. Пуля ткнулась в чемоданчик, а после, несомненно, и в грудь, так неудачно зашедшего в этот бар человека, опрокинув его на спину.
     Дальше шла еще одна пара японцев – поджарых старикашек за пятьдесят в строгих костюмах. Пиф-паф. Пятая и шестая.
     Молодая девушка с парнем. Не местные. Туристы наверное. В порыве романтической глупости парень пытался прикрыть своим телом девушку, но удалось это ему лишь на половину. Седьмая и восьмая.
     Девятая и десятая досталась представительному мужчине, смуглому, скорее всего родом из латинской Америки, в черных очках. Оступившись, он наклонился чуть назад. Поэтому первая пуля попала ему в грудь. Возможно легкое, но точно не сердце. Поэтому следующей Лоренцо разбил ему правую линзу очков.
     Его дама – невысокая полная девушка, с подвижным лицом. Уж очень занимательную роже скорчила она за эти… Сколько? Ах, да. С момента первого выстрела прошло всего четыре с половиной секунды. Одиннадцать. Посетители закончились.
     Двенадцатую и тринадцатую Геккарто потратил на тех двух японцев. Того молодого, который не знал языка, и старого. Который язык знал. Жалко, что это ему не помогло. В зале было пусто, но с кухни уже доносились встревоженные голоса. Лоренцо собирался направиться туда, что бы закончить дело. Он уже сделал шаг, как боковым зрением заметил неестественное движение возле выхода. Даже не так – осмысленное. То есть такое, которое может произвести лишь живой разумный человек, коих, по идее, там быть не должно.
     Неугомонный иностранец, вместо того, что бы спокойно умереть, решил покидаться в Геккарто всяким хламом. Например чемоданчиком, который все таки сумел спасти… Нет. Не на долго продлить жизнь этого человечка. Лоренцо инстинктивно подарил этому прямоугольнику две последние пули.
     Произошедшего дальше, он не ожидал. Чемодан набух и с оглушительным свистом и грохотом лопнул, разметав окружающих. Геккарто, например, проволокло вместе со столом и немилосердно шваркнуло о барную стойку.

     *Все действия участвующих персонажей оговорены и согласованны в личной беседе*

Отредактировано Lorenco Gekkarto (2014-02-28 19:02:09)

+1

23

Осознавать свою ошибку было уже как-то поздно, да и осознание её хлещущую энергию уже мгновенно не перекроет. Лоренцо, будучи профессионалом, сразу принялся за дело.
     И, не смотря на жестокость, он был прав.
     Убивать себе подобных. Жалко? Печально? Нет. На сегодня градус неприятностей "босса" Гларос и без того достиг своего апогея, так что эта ситуация просто вклинилась в общее их число. Хотя рыжая просто не успела все осознать.
     Один Лоренцо все не потянет. Нельзя так просто сидеть в остолбенении и сваливать всю работу на него. Быстро поняв это, Древес решила таки пустить свои взбунтовавшиеся энергосилы в действие. Снятая с плеча трость взмахом обратилась в свою истинную форму. Проскочив в сторону кухни, куда Лори сейчас был дотянуться не в состоянии, Зекти автоматом взяла на себя эту работу.
     Цокольное помещение имеет малую мобильность в плане путей отхода. Отсутствие окон и минимум дверей. Однако японцы люди продуманные, а, значит, служебный вход должен быть как раз в этой части. Отринув размышления и проблески человечности, вкусив мега острый вкус ситуации, Зектория включилась в действие.
     
      Из холла и бара сквозь шум кухонной сумятицы -кастрюль, вытяжки, плит, отбивного молотка для мяса, мелких бытовых приборов вроде миксера- не были слышны крики, а выстрелы звучали приглушенными хлопками, которые заставили персонал замедлить ход работы в попытке все осознать. Двери распахнулись и в проеме стояла барышня, которая явно не являлась частью персонала. Однако... если верхняя часть ещё была ничего по общему ощущению, а брызги на лице терялись в обрамлении волос схожего цвета, то руки по локоть, белые гетры, юбка не сохранили на себе чистого места. Хуже, чем у здешних мясников. Тем временем за дверью распластались несколько разрубленных небесно-грозовой секирой трупов - часть персонала, встречающая гостей, пытающаяся бить тревогу. Полицию скорее всего уже успели вызвать тревожной кнопкой - медлить было нельзя.
     Рывком с прохода, пока напуганные пятились назад и к раскаленным приборам, рыжая метнулась к вентиляционной конструкции над ней. Хлипкая труба с крепежными болтами треснула ровной линией, колебания пошли по следующим закрепленным точкам, и труба начала обваливаться, зацепляя за собой людей и оборудование. Парочка налетела на плиты, один потерял сознание, другой отшатнулся к недавно открытом им же печке. Адское варево.
      Вертикальная вариация Гироскопа разнесла в стороны от себя столешницы и кухонные тумбы - в людей полетела мебель и щепки от неё, кухонная утварь (включая ножи, шампуры и прочие изыски для мяса).
      Воцарился хаос. Пар от пролитого кипятка и дым из печки не вытягивались и потупляли видимость, а от печи уже начало тянуть довольно необычным, но, к всеобщему ужасу читателей, аппетитным запахом, чем-то напоминающим говядину.  Кто-то на полу под мебелью пытался вылезти - но тщетно, тумба на спине и шее долго дрыгаться не даст. По швам напольных плит из под беспорядка начала растягиваться кровь: несколько тонких красных линий, бежавших вокруг разных плиток, словно пытались опередить друг друга. С возбуждающим аппетит в нормальной ситуации треском выплеснулось раскаленное масло из казана, в который плеснуло водой. Громче всех был обварившийся повар, получивший болевой шок. Агония.
      Начиная клеточками тела ощущать надвигающийся ужас осознания ситуации, Зектория поспешно применила технику, названную в честь развратившей Вавилон. Небольшую печь и микроволновку выбило из строя, вслед за дверцами от них полетели искры. По левой руке рыжая ощутила приятное льющееся тепло... один из ножей ранее прилетел в её сторону, и сейчас плотно торчал между плечом и локтем, глубоко там засев. Чертыхнувшись, Зектория поспешила прочь.
     Поспешно выбегая из кухни, в которой все мучилось и помирало ужасающей вариацией, Древес закрыла двери и воткнула между ручек ранее взятый длинный кусок от раздолбанной мебели.
     Что там с Лоренцо..? из зала до сих пор идет шум, на который поспешила босс, попутно убедившись, что прямоходящих на пути точно не осталось. Надо сматывать удочки. Соседей никто не отменял, а позади уже разыгрывается пожар - следить за техникой и близкими к ней маслом, топливом, некому ведь.

0

24

Суетливыми подвижками толпа пыталась протиснуться в дверной проём, явно не рассчитанный на экстренную эвакуацию сотненогого человеческого гомункула, нетерпеливо стонущего в унисон с самим собой. Ервок, уже влившийся в этот шуршащий текстилем поток курток, мог только сокрушенно молчать; будучи выше рядового представителя японской нации, он с ужасом смотрел поверх темноволосых голов и видел, что на смену былой организованности пришел слепой страх за собственную жизнь. Придавленные девушки плакали в охранительных объятьях своих мужчин, яростно борющихся за каждый сантиметр свободного пространства. Обезумевшая масса кипела, выплевывала гневные проклятия. А когда поверх воя отчаявшегося существа, частью которого являлся и сам хранитель, зазвучали первые выстрелы, ужас захватил и самого Макгаффина. Обернувшись и закрыв грудь чемоданом, он рефлекторно укрепил своё укрытие импульсом грозового пламени, что чудом и спасло его от пули, прилетевшей мгновением позже.

Откинутый на первые ступени лестницы, Ервок почувствовал, что лежит на ещё теплых, но уже обмякших трупах случайных свидетелей. Будучи членом одной из крупнейших криминальных структур Италии, он уже неоднократно видел безжизненные тела, хоть ни разу и не участвовал в процессе их умерщвления. Беззвучный протест, окрашенный злобой и обидой за невинных людей, убитых по их несчастливой случайности, прозвучал в голове Ервока призывом к действию. Все еще шокированный произошедшим, механик напрягся и гневно швырнул в стреляющего человека свой чемодан, в котором все еще лежал один из заминированных трикоптеров. Ослепленный магниевой вспышкой взрыва, хранитель бросился к выходу, запинаясь о распластанные по лестнице, будто прилегшие отдохнуть, тела. Голова кружилась, заплетались ноги – последствия докатившейся до него ударной волны. Со стороны кухни доносились приглушенные расстоянием крики, заставляющие кровь стыть в жилах. Болезненно прикусив губу, Макгаффин отворил дверь. С этого момента он более был неспособен считать своих противников людьми.

Вдалеке раздался тоскливый гул полицейского сигнала в то время, как напялив клетчатую кепку поверх своих чересчур заметных волос, Ервок скрылся в одном из проулков, по которому и пришёл сюда. Зачем потребовались столь радикальные меры против тех, кто не по своей воле стал свидетелем халатности небесного хранителя Гларос? Чем расстрел сбившейся в страхе группы людей помог их семье, тогда как пущенная по телевидению утка могла объяснить всё какой-нибудь случайной шаровой молнией? Согнутый под тяжестью этих вопросов, Ервок бежал по двору, освещённому разве что парой холодных газоразрядных ламп, мерцающих в оправе уличных столбов.

Отредактировано Ervokh MacGuffin (2014-02-28 21:42:30)

+1

25

Дубовая столешница, угрожающе покачиваясь, приподнялась на несколько сантиметров от пола. Некогда гладкая поверхность стола ныне была испещрена многочисленными царапинами. Сделав еще одно усилие над собой, кусок дерева, резво отлетел в сторону и, с громких «БУХ-КРЕХТ», сломал черно-белые кафельные плитки, которыми был выложен пол.
     Из белого облачка пыли, от сорванной взрывом штукатурки, и коричневой взвеси, в прошлой жизни бывшей внушительным куском барной стойки, появился злой и растрепанный Лоренцо. Немного помятый, расцарапанный, с большим порезом над правой бровью и разбитой губой, но живой. Главное, что руки, ноги и голова все так же пришиты к телу.
     Кстати о голове. Голова кружилась, и слегка подташнивало – легкое сотрясение он себе обеспечил. Сфокусировавшись на окружающей обстановке, Геккарто обвел взглядом помещение, оценивая обстановку. Сволочи, бросившей в него портфель, естественно не наблюдалось. Босса, Лоренцо, скорее увидел, чем услышал – после самоубийственной выходки чемонада-шахида слух еще не восстановился полностью.
     Первым, что он заметил, конечно же, был нож. Затем обилие крови, раскрасившей одежду и лицо в вызывающий бордовый. В первую секунду он даже подумал, что это ее кровь и испугался, но, спустя мгновение, все же сумел здраво оценить ситуацию. «Значит, с кухней разобралась. Молодец. Только объясни мне, как ты все еще стоишь с ножом в руке? Ммм?» - Лоренцо качнул головой в сторону выхода. Опустив взгляд, он с некоторым удивлением увидел все еще зажатую в кулаке берету. С усилием разжав побелевшие пальцы, он убрал оружие обратно в кобуру.
     Конечно, больше всего хотелось догнать этого молодчика и засунуть ему такой же чемоданчик в ж… Эм… В общем, устроить ему интересные времена. «Но не в этот раз. Сейчас нужно доставить домой Зекторию и заняться ее ранами»,- размышлял Геккарто, пробираясь ко входу и поскальзываясь на произведенной им мясной продукции.
     Лоренцо выбрался наружу и помог Зектории дойти до машины. Где-то в дали были слышны завывания сирен. Не то полиция, не то пожарные или скорая. Но время еще есть. Геккарто достал из машины аптечку и открыл ее. Оказать первую помощь, по крайней мере, он мог. В первую очередь требовалось извлечь нож и остановить кровь. Все необходимое для этого, слава богу, в аптечке было.
     Потратив на это полторы минуты, накинув поверх безвозвратно испорченной одежды Зектории свою куртку и сунув боссу стекленную баночку с желтенькими таблетками – настойка пустырника, он уже сел за руль, завел двигатель, и, ориентируясь по встроенному GPS навигатору, кварталами и переулками начал уходить подальше от ресторана.
     Одновременно с этим он связался с охранной штаб-квартиры. Но небольшая часть мозга продолжала пережевывать и разрабатывать план мести. Этого иностранца нужно найти и уничтожить. В уме, он уже составил список некоторых людей, способных помочь ему в этом нелегком деле: выследить человека, зная только то, как он выглядит и уничтожить. Например поляк Леший или индонезийка Рикша… Но это все планы на будущее, а сейчас есть дела поважнее.

     *Все действия участвующих персонажей оговорены и согласованны в личной беседе*

Отредактировано Lorenco Gekkarto (2014-03-03 01:11:39)

0

26

У бомбы замедленного действия щелкнул обратный отсчет. Ты стоишь в крови и попросту свято не понимаешь, пока, какой ужас ты натворил. Однако ты натворил его именно по своей внутренней воле... выходит, Древес больше волнуют её хранители и их благо (при этом ещё толком не поняв, что "благо" может обернуться большими проблемами), чем чья-либо... жизнь? И не одна, заметьте.
    Пламя начало успокаиваться и сходить на нет, лезвие Элишебы плавно растворилось и на прощание блеснуло тонким рыжим шлейфом, "запирая" себя в трости. Присутствие Лоренцо, уже довольно потрепанного, среди этого вышедшего из под контроля Эльзаса помогло отсрочить панику. Благо нож умудрился чудом случайности не задеть вены, но мышцам и коже придется ещё долго заживать, если естественным путем. 
    Теперь Зектория, внешне словно виноватый ребенок, следовала за Геккарто. На этот раз точно встречая ногами и взглядом плоды их деятельности, где творчество Зекти выглядело более мерзко и раскурочено. Секира - не то оружие, которое сделает все с минимум грязи и повреждений. Шок ослаб, уступая место осознанному страху и болевым ощущениям в ране.

     Да уж, сходили погулять... так, что теперь стараешься не испортить салон кровью с одежды. Плотные черно-красные пятна   на вещах и коже уже успели схватиться и, где их было поменьше, начали трескаться, постепенно превращаясь в жуткую грязь. Тем не менее, Дождь был внешне очень спокоен, словно такое происходит каждый день. Ничего удивительного - едва ли ему вообще выгодны свои настоящие эмоции, о которых можно только догадываться. При этом положении ему можно позавидовать.
-...Спасибо... -виновато пролепетала девушка в ответ на его помощь и присутствие, втягивая голову в плечи и потупив взгляд.
Следует признать: Хан был прав, и теперь имеет полное право как минимум возмутиться в духе "а я предупреждал!".
     Стоит ли сказать, что все так плохо и ужасно? Да. Но... кто-то заметит, что и такой опыт тоже  полезен.
     Как бы то ни было, а машина уже скрылась из виду.

0


Вы здесь » KHR... another » Закрытое » Эпизод 3: Big city life